СУВЕРЕН ЧЕЛОВЕКА — ЖИВЫЕ И МЁРТВЫЕ ЛЮДИ

Что означает быть приглашённым в суд? Тут надо напомнить, что система не знает такое понятие «Человек», потому что он для неё «мёртв» с 7-летнего возраста. Система знает только понятие «Персона», «Лицо» (Маска Актёра). Значит, на суд привлекается не «Человек», а «Персона».

ЧЕЛОВЕК СУВЕРЕН В СУДЕ

Что означает быть приглашённым в суд? Тут надо напомнить, что система не знает такое понятие «Человек», потому что он для неё «мёртв» с 7-летнего возраста. Система знает только понятие «Персона», «Лицо» (Маска Актёра). Значит, на суд привлекается не «Человек», а «Персона». Это означает, что «Персона» — это вещь, юридический объект, которого загружают на корабль, потому что единственным «неизменным действующим законодательством» является английское «морское право». На суде «verhandeln mit der Sache» (слушания по делу), «торгуют вещью» («Персоной»), если перевести дословно. Каждому судебному процессу присваивается Geschaftszeichen (номер дела, процесса от слова Geschaft (бизнес). Множество денег зарабатывается через суды, (через «торговые сделки»).


После рождения нового «Человека» система создаёт «Персону», юридический, торговый объект, через оформление свидетельства о рождении этого Человека, образно выражаясь в английской системе «морского права», выписывается акция для интернациональной банковской системы, связанная с вновь родившейся «Персоной». Подоплёку системы, как она работает, не преподают, в достаточном объёме, даже, в юридических университетах. Хотя, на первом семестре, этой темы немного касаются, однако, потом запутывая юристов в массе параграфов, отвлекают их от этого самого главного понимания сути самой системы английского права.


Так как единственным «неизменным действующим законодательством» является английское «морское право», все, что происходит в зале суда, идёт строго по данному закону, в соответствии с его сутью.


«Морское право», обычно касается «моря». Однако, «континентальное право» касается суши. «Континентальное право», практически, полностью подорвано, и не играет сейчас никакой роли, т.е. остаётся английское «морское право». Поэтому все понятия в судебных заседаниях применяются из «морского права», из законов по торговле.


Все, так называемые государства, являются «торговыми фирмами», которые зарегистрированы в UPIK https://www.upik.de/, например РФ https://www.opentown.org/news/80449/

Даже, отдельные органы этих «государств» являются «торговыми фирмами», например, МВД РФ: https://www.youtube.com/watch?v=KtmDuDe6GTw


В связи с вышеизложенным, можно представить себе судебное разбирательство, как акт торговли, загрузки «юридического объекта», «Персоны» на «корабль», которые появляются в зале суда, как появляются «приведения», которых нет в реальности, в качестве «живого Человека», который давно, для системы, уже «умер» с 7-летнего возраста. Система не показывает людям, где они должны о себе заявить, как «живые люди», потому что система не заинтересована терять своих «рабов».


Если фактически живой человек заходит в зал суда, представляет свои документы он, для системы, проявляется в качестве «Персоны», со своими правами и обязанностями по отношению к государству, некой «торговой фирмы». Это означает, что открывается «торговая сделка» с данным юридическим объектом («Персоной»). Титул «господин» или «госпожа» — это принадлежит понятию «Персона», для «Человека» можно отнести титулы: «Мужчина» и «Женщина».


Согласно «морскому праву», зал судебного заседания рассматривается в качестве «торгового судна», которым управляет капитан этого судна, под названием «судья», который решает, что происходит на его судне. Капитан (судья) этого «торгового судна» является представителем торговой фирмы, под названием РФ, ФРГ или ещё как. Как отмечалось ранее, после возникновения «Персоны», интернациональная банковская система выпускает акцию, на которую образуются соответствующие кредитные ресурсы, которые не могут быть возвращены по причине их огромных размеров, однако, на эти средства начисляются 4% годовых.

судья в мантии снял очки


Представители этой английской системы поэтому «плавают» в деньгах, так как английскому королевству принадлежит имущество (акций на каждого из оформленных «Персон») всех, примерно, 7 миллиардов «умерших» людей, старше 7 лет, согласно «Зесцуюкеюакту», подписанном английским королём, многие сотни лет в прошлом.

Часть денег идёт на войны, одна из них до сих пор имеет место быть на территории Германии, СССР, хотя сейчас там наблюдается режим перемирия.


Кроме того, более 80% всех поступлений от сбора налогов в ФРГ утекают за её пределы. Тогда откуда появляются деньги на строительство инфраструктуры и т.д.? Они возникают на основании выпущенных акций, в связи с появлением, через свидетельство о рождении, «Персон», «Лиц», граждан «торговой фирмы», например, ФРГ. Эти средства вливаются в экономику ФРГ и через налоги, в объёме более 80%, снова утекают за границу Германии, а не ФРГ, так как эта «торговая фирмачка», под названием ФРГ, не имеет своей территории, она находится на территории Германии. То же самое относится и к «торговой фирмочке» под названием «Российская Федерация», находящаяся на территории СССР, учредителя ООН.



Возвращаемся к судебному процессу, который протекает на базе английского «морского права», с соответствующими понятиями и принципами его ведения. На английском языке, место, где находится в зале суда подсудимый, называется Док. Это означает, что подсудимый является «маленьким корабликом», который стыкуется с большим «кораблём» (судом).


Так как «континентальное право» не работает, действует только английское «морское право», по соответствующим правилам судоходства. Кроме того, так как «торговая фирма», например, ФРГ, создаёт этот «маленький кораблик» («Персону»), который в момент оформления свидетельства о рождении не может говорить ещё, эта «торговая фирма» и является Treugeber («учредителем») или Begunstigter (Бенефициар, выгодополучатель) этого маленького «кораблика» («Персоны»). Тогда, возникает вопрос: «А кто тогда будет Treuhander (доверенное лицо) для «Персоны» (маленького «кораблика»)?» Им, логично, является так же «торговая фирма», например, ФРГ, РФ или ещё какая. В этой связи, судья («капитан») в зале суда («корабля»), как представитель ФРГ, РФ или ещё какой «фирмы», является в зале суда «Доверенным лицом» «Персоны», т.е. «маленького кораблика».


Так как судья («капитан») в зале суда (на «корабле») является «Доверенным лицом» для «Персоны», он (судья) и является обвиняемым со стороны прокуратуры, поэтому судья имеет мотивацию освободиться от своего статуса «Доверенного лица» этой «Персоны», чтобы «делать на своём «корабле» все, что он захочет, с этим «маленьким корабликом» («Персоной»). В качестве примера грамотного поведения Человека в суде, приводится история, имеющая место быть в суде Мюльдорфа (ФРГ).


На одну персону подал в суд один банк. Что этот друг сделал? — вообще ничего. Потом он был приглашён к устному разбирательству в суд. Друг ничего не предпринял, ничего не писал, не обращался к адвокату, вообще ничего не сделал.


Часть зала суда, где сидели приглашённые наблюдатели за судом, образно говоря, являлась частью суши, берегом, к которому прифрахтовался «корабль» (зал судебного заседания). Он зашёл в часть помещения зала суда, где сидели приглашённые, с отдельной дверью, и остановился, т.е. оставался «на суше», «на берегу», не заходя на «торговый корабль», с «капитаном» (судьёй). Потом в зал заседания (часть его для судебных разбирательств, с отдельной дверью) зашёл судья и занял своё место «капитана торгового корабля».

Он вежливо поздоровался с судьёй, находясь «на берегу», смотря в глаза судье («капитану корабля») и сказал: «До начала разбирательства прошу прояснить ещё 3 вопроса». Судья ответил, что он не видит необходимости ещё какие-то 3 вопроса прояснять.


Друг затем сказал: «Разрешите подойти к Вам?», т.е. «вступить на корабль с берега», где он находился. Судья ответил: «Хорошо, пожалуйста». Друг положил на стол судьи письменное обращение к судье, с этими тремя вопросами, с указанием номера судебного разбирательства, подписанное им, как «живым Человеком», не как «Персон». Друг снова вернулся на своё первоначальное место, «на берег», за пределы «корабля» (части зала для судебных разбирательств).


Судья прочитал обращение и посмотрел на подпись друга, как «живого Человека», с объявлением себя «живым Человеком», с апостилем.


Судья сказал на диктофон, что суд не видит оснований прояснять эти три вопроса. На что он сказал: «Я здесь только для того, чтобы прояснить эти три вопроса, ещё перед началом судебного разбирательства и, если Вы эти три вопроса прояснить не можете, то мы проясним их в интернациональном, международном суде».


Судья посмотрел на него и спросил: «Вы кто?» На что «друг» судье ответил: «Я являюсь учредителем и бенефициаром «Персоны» и я не принимаю на себя роль «Доверенного лица» «Персоны». Судья потом сказал на диктофон: «Вы подписали этот документ?», на что получил положительный ответ. Потом судья сказал на диктофон: «Мужчина (заметьте, не «Персона», господин такой-то, а «Мужчина») поясняет, что он является «учредителем» «Персоны» и он не перенимает на себя роль «Доверенного лица» «Персоны».


Затем он повторил свою просьбу о трёх вопросах, после чего судья сказал на диктофон: «Подсудимый не появился на заседании суда». Приглашённые на заседание суда люди на это среагировали с удивлением: «Почему же, он же стоит тут, почему он не появился в зале суда?». Понятно, что судья имел ввиду не вошедшего в зал заседания суда живого «Суверенного Человека», а «Персону», «Лицо», которое на появилось (со своей актёрской маской) на его «корабле».

Судья точно понял, что он имеет дело с «Суверенным живым Человеком», а не с «Персоной», с которой он мог бы делать все, что угодно на своём «корабле» (в зале судебного разбирательства), если бы судья смог бы освободиться от положения «Доверенного лица» этой «Персоны».


Он заявил судье: «На основании Ваших действий, я пришёл к выводы, что здесь я являюсь высшим сувереном и поэтому я объявляю о немедленном прекращении этого разбирательства, если Вы не проясните эти три вопроса».


Это было сказано, хотя судебное разбирательство и не было ещё открыто. Судья сказал, что он тогда завершает заседание и подумает о возможности принятия решения суда о «срыве заседания суда». На этом все закончилось.


Позже не поступило никакого решения суда. Обращает на себя внимание тот факт, что присутствующие на заседании суда представители прокуратуры и адвокатуры не произнесли ни одного слова, наверное, и потому, что заседание и не было открыто. Решение о срыве заседания суда тоже не могло быть принято потому, что заявку на такое решение должно было поступить от представителя прокуратуры, во время открытого уже заседания суда, что не имело место быть.


Если бы судья открыл судебное разбирательство и представитель прокуратуры подал бы заявку на решение суда о срыве судебного заседания, то должно быть решение суда о срыве судебного заседания по вине самого судьи, который являлся «Доверенным лицом» приглашённой «Персоны», которая не проявилась на судебном заседании, а в зал суда пришёл её учредитель, «Суверенный Человек». Это означает, что, в этом случае, подсудимым был бы сам судья. Поэтому судья обманул, когда заявил на свой диктофон, что подсудимый не явился на заседание суда, потому что сам судья был на своём «корабле» (в зале судебного разбирательства) и нёс обязанности «Доверенного лица» «Персоны», которая не появилась на заседание суда, не представилась со своим паспортом и другими документами «Лица», а, значит, судья сам был на тот момент подсудимым.


Кроме того, судья сделал ещё одну ошибку. Он поручил психологу проверить этого человека, является ли он вменяемым, дееспособным и в состоянии участвовать в заседании суда. Стало понятно, что судья хочет проверить, является его поведение игрой, или за этим стоит что-то серьёзное.


На тот момент человек уже имел заключение от психологов о том, что он дееспособный и вменяемый, психически здоровый человек. Поэтому это решение судья о проверке дееспособности не могло уже состояться. Однако, сначала он этот документ не задействовал, чтобы проверить, как будет действовать судья.


Психолог написала письмо человеку о том, что она получила решение суда о проверке его на предмет установления его дееспособности.

судебный процесс


С этого момента человек взял инициативу в свои руки. Он написал психологу следующее: «Прошу Вас, пожалуйста, подтвердить законность этого решения судьи и законность самого судьи, документом от Вас, заверенным, под присягой, в данном суде, с апостилем, что это решение суда, без подписи является легитимным, что суд является не «торговой фирмой», а представителем суверенного государства, имеющей международное право судить «Суверенного Человека» и т.д. После чего психолог оставила этого человека в покое, потому что она не могла выполнить эти требования, в принципе.


Важным является то, что наш персонаж не аргументировал свою позицию, не дискутировал с судебными инстанциями и поэтому не позволил втянуть себя в судебный процесс.

«Суверенный Человек» не дискутирует, не аргументирует свою позицию, ни одним словом не позволяет втянуть себя в судебный процесс.


Если бы он в заде судебного разбирательства среагировал бы, в любой форме, на любую претензию к нему, тогда смог бы судья его «запаковать», втянуть в свою игру с безправной «Персоной», в судебные разбирательства и сделать с ним все, что захотел бы, на своём «корабле».


Ошибка многих людей в том, что они уверены, что, если они будут много писать в суд и в прокуратуру, которые все это должны будут читать, то они получат больше возможности себя защитить. Это ошибка, большинство писанин все эти инстанции, даже, и не открывают.

Имеет значение только то, что, до начала процесса, вносится в протокол. Это значит, все доказательства со стороны человека надо вносить в процесс, ещё до его открытия, с короткими разъяснениями.


Теперь о упомянутых 3-х вопросах, они были следующими:

I. Может суд судить «Человека»?

II. Имеет суд безлимитную и неотъемлемую материальную ответственность?

III. Является ли суд суверенным и сможет ли судья это в международном, интернациональном суде, под присягой, доказать?


Что важно было во всей этой истории, что наш друг был все время спокоен, уверен в себе, всегда был доброжелателен и вежлив, потому что он был на «корабле» другого «капитана» (судьи), который был «Доверительным лицом» «Персоны» и судья мог воспользоваться этим своим положением.


В тот момент, когда любой «Человек» заходит в зал судебных разбирательств («торговый корабль») и отвечает на вопрос судьи («капитана») о том, являетесь ли он таким-то господином, с таким-то именем и фамилией, с таким-то паспортом и т.д., он подтверждает, что он является «Персоной» (мёртвым для системы «Человеком»), при этом, обязанности «Доверенного лица» «Персоны» автоматически переходят от судьи к «Персоне» сомой, после чего судья («капитан корабля») может делать на своём «корабле» с этой «Персоной» все, что он посчитает нужным, потому, что «Персона» не имеет никаких прав, по сравнению с «Человеком», кроме «допустимого действующего законодательства» для «рабов».


Исходя из это истории можно понять, почему правительство «торговых фирм», так называемых, государств (ФРГ, РФ и т.д.) делают с «Персонами» все то, что посчитают нужным, потому что они являются учредителями и доверенными лицами «Персон», а самих «Человеков» нет уже в живых, для системы английского «морского права».


ИСТОЧНИК

Made on
Tilda